46f3ea3d

Ливадный Андрей - Бремя Воина



АНДРЕЙ ЛИВАДНЫЙ
БРЕМЯ ВОИНА
Аннотация
Ладонь Германа онемела, но он продолжал стоять, опираясь обеими руками о край бойницы. Взгляд молодого человека, прикованный к огромному космическому кораблю, который только что опустился на площадку перед замком, выражал глубокую неприязнь. И все же он был слишком горд, чтобы дать выход таящимся внутри чувствам.
Агрессивные расы не имеют будущего
(Первый закон выживания Омни)
ГЛАВА 1
Камень стены был холодным и шероховатым.
Ладонь Германа онемела, но он продолжал стоять, опираясь обеими руками о край бойницы. Взгляд молодого человека, прикованный к огромному космическому кораблю, который только что опустился на площадку перед замком, выражал глубокую неприязнь. И все же он был слишком горд, чтобы дать выход таящимся внутри чувствам.
Поднявшийся еще с утра холодный ветер сильным порывом поколебал истекавшее от корабля марево перегретого воздуха, отогнал остатки дыма от раскаленной обшивки и, запутавшись в тяжелом полотнище, несколько раз хлопнул складками родового вымпела, свисающего над воротами замка.
Они никогда не предупреждали о своих визитах.
Герман знал, что должен быть приветлив и сдержан, как подобает настоящему Джоргу — Воину человеческой расы. Но при виде первого появившегося на ступенях трапа существа, словно тень возникшего из глубин космического корабля, его невольно передернуло.
Гуманоид был высок и отлично сложен, его глаза, глубоко посаженные и разнесенные чуть дальше друг от друга, чем это привычно для человека, смотрели пронзительно и вызывающе. Лысый от рождения череп сверкал, отражая солнечные блики, а серый, отливающий сталью оттенок кожи его лица, казалось, излучает злобную надменность
Герман не торопился, продолжая наблюдать. Это был еще не Хозяин, а лишь слуга. Клон, выращенный в баке инкубатора.
Серокожие бойцы один за другим появлялись на ступенях трапа, занимая позиции по обе стороны от прохода. Их вызывающие взгляды могли задеть кого угодно, но только не молодого Джорга, который был умен в той же мере, что и горд.

Однажды пообщавшись с серокожими клонами, он раз и навсегда усвоил, что за этими копиями хозяев не стоит ровным счетом ничего, кроме тупого подчинения чуждой воле. Они были солдатами — пушечным мясом, и не более.
Наконец из мрачных корабельных глубин показался сам Омни.
Герман ненавидел такие дни, хотя давно надо было бы привыкнуть и к внезапности подобных посещений, и к тем неизбежным потерям, которые следовали за каждым прилетом незваных гостей... Их появление означало, что хозяевам космоса опять понадобились услуги людей.

Порой он просто недоумевал — почему их, в конце концов, не оставят в покое? Разве мало могущества у этих созданий, чтобы прибегать к услугам жалких, бренных существ?
Ответ крылся гдето за порогом его понимания.
Омни был высок, на целую голову выше своих солдат, и Герман уже в который раз поймал себя на мысли, что, встав рядом с ним, будет вынужден поднимать голову, заглядывая в глаза визитера во время общения.
Что ж... Чему быть, тому не миновать.
Резко отняв руки от холодного камня стены, он повернулся и легкой поступью сбежал по винтовой лестнице.
Он знал, какую услугу оказывают Омни остаткам человеческой расы, и был готов отдать причитающуюся им плату.
Так было и так будет. Вечно. Вне зависимости от его желаний, ибо этим серокожим существам принадлежало все: весь космос, все планеты, все жизни.

Они были богами, живущими среди смертных, и этим, по сути, сказано все...
* * *
Го (так для человеческого уха звучало