46f3ea3d

Лигуша Владимир - Этого Не Может Быть



Владимир Лигуша
Этого не может быть...
Звонок междугородки раздался в тот самый миг, когда Виктор Евгеньевич уже
взялся за ручку двери. Виктор Евгеньевич взглянул на часы и поморщился - он не
любил опаздывать на работу.
- Вас вызывает Чарушино, - сообщила телефонистка.
"Чарушино... Чарушино... - покопался в памяти Виктор Евгеньевич и
вспомнил. - Наверное, звонит тот "изобретатель", который вообразил, что
придумал антигравитационный двигатель..." Чертежи с объяснительной запиской
уже лет пять пылились в шкафу Виктора Евгеньевича, еще с тех пор, когда он не
был ни заведующим отделом, ни кандидатом наук (без пяти минут доктором, между
прочим). В свое время он от души потешался над этим "прожектом".
Изобретателя было слышно плохо, но Виктор Евгеньевич поспешил высказать
все, что он думает по поводу его "эпохального открытия". К чести этого жителя
Хабаровского края, он даже особенно не протестовал, пролепетал только, что уже
два года занят практическим воплощением своих идей.
- Послушайте. - Виктор Евгеньевич начал терять терпение. - Если у вас так
много времени, приезжайте к нам в НИИ, и я... или кто-нибудь из моих
сотрудников разъяснит несостоятельность ваших эээ... разработок.
На работе Виктор Евгеньевич первым делом достал конверт с обратным адресом
"Чарушино..." и, обведя строгим взглядом притихших сотрудников, поведал им об
утреннем звонке.
- Так вот, - продолжал Виктор Евгеньевич, - этот чарушинский Кулибин
вполне может явиться к нам в институт. Если это произойдет - меня здесь нет. А
раскроет ему глаза на его дремучее невежество... - он помедлил и вдруг
повернулся к аспирантке Ниночке, которая всегда и всех жалела. И, не давая
возможности для возражения, сунул ей в руки конверт.
- Вот, подробно ознакомьтесь. Там на полях мои заметки. Они помогут вам
без труда в пух и прах разбить этого... заблудшего.
В отделе заметно оживились, когда настало время традиционного чаепития. Но
не успел Виктор Евгеньевич отхлебнуть глоток цейлонского, как зазвонил
телефон. Ниночка, торопливо поднявшая трубку, почему-то вдруг испуганно
оглянулась и прошептала побелевшими губами:
- Появился... Изобретатель появился...
- Ну вот... - Виктор Евгеньевич с сожалением отставил чашку и поспешно
встал. - Значит, так: я на симпозиуме, в... другом городе. В общем, ваш выход,
Ниночка.
- Я... - аспирантка вдруг покраснела, потом побледнела. Дальше она не
могла выговорить ни звука.
- Не можете? - Виктор Евгеньевич раздраженно потер переносицу. Эта...
Ниночка! И как только она попала в его отдел? - Хорошо, я сам...
Всего двадцать минут понадобилось Виктору Евгеньевичу, чтобы доказать
горе-изобретателю абсурдность его труда. Тот удрученно и покорно кивал
головой, пока Виктор Евгеньевич произносил страстный монолог в защиту истинной
науки. Затем сгреб свои бумаги и, уничтоженный, выскользнул за дверь.
Виктор Евгеньевич окинул отдел победным взором. Сотрудники с немым
восхищением смотрели на шефа, и только Ниночка...
- Вам снова что-то непонятно?
- Мне все понятно. - Ниночка почти рыдала. - Вот только одно... - Она
кивнула на конверт, оставшийся лежать у Виктора Евгеньевича на столе. - Как он
смог... существующими видами транспорта... за час... добраться из Хабаровского
края... в Москву?..




Назад