46f3ea3d     

Лимонов Эдуард - Press-Clips



Эдуард Лимонов
PRESS-CLIPS
Самое интересное в жизни заграждено от нас законом.
На стенах моей студии висят многочисленные вырезки из газет, мне в свое
время понравившиеся.
Бруклинский, 57 лет человек, по профессии специалист по установкам
кондиционирования воздуха, изнасиловал шестилетнюю девочку, соблазнив ее
бутылкой соды. Что может быть прекраснее сексуального общения с нежным
существом, ну, может быть, не шести лет, но десяти или двенадцати? Взамен
жизнь представляет нам массу возможностей вступать в сексуальные отношения с
двадцатипяти- и тридцатилетними монстрами, с плечами богатырей и каменными
холопами, с сосцами до полу, с темным пушком на верхней губе, крепко воняющими
течкой, обильно поросшими полусбритой шерстью там и тут. "Фу, какая гадость!"
Бруклинский мужик заплатил за свой безукоризненный вкус двадцатью пятью годами
лишения свободы. Государство хотело бы, чтобы он ебал соответствующую ему по
возрасту бабушку пятидесяти лет, а он храбро нашел в себе силы выбрать то, что
ему нравится.
Следующая вырезка сообщает нам о трагедии, происшедшей в той же части мира
-- на Бруклинском кладбище. Шестнадцатилетняя Рита была изнасилована и,
по-видимому, задушена в той секции кладбища, где пересекаются Березовая и
Сосновая улицы. Пол К., обвиняемый в изнасиловании и убийстве, пережил,
очевидно, на кладбище самые замечательные минуты в своей жизни. Судя по
фотографии в газете, Рита была очень хорошенькая девочка. Полиция нашла Риту
голой, а ее нижнее белье было обмотано вокруг шеи.
Вся эта история выглядит не так зловеще, если проследить ее с самого
начала. Рита, ее бой-френд 24 лет и Пол -- 21 года, решили совершить прогулку
на автомобиле, принадлежащем Полу. Чтобы добраться до автомобиля побыстрее,
они решили срезать угол и пройти через кладбище. Около 11 часов 15 минут они
перелезли через каменную ограду самого большого в Нью-Йорке кладбища, а уже в
11 часов 30 минут бой-френд Риты потерял из виду Риту и Пола. Послонявшись
немного и поискав их, бой-френд отправился домой. Чтобы выпасть из истории.
Пол и Рита остались одни. Пол протянул к ней руку...
Пол знал Риту до этого восемь месяцев. Я совсем не одобряю того, что он
убил Риту. Живая Рита могла бы принести ему еще немало удовольствий, мертвая
не принесет никому. Однако там, на углу Березовой и Сосновой улиц, в чахлом
кустарнике среди могильных плит, хотел бы оказаться и я, разумеется, без
последующего ареста, тюрьмы и наказания. По сути дела преступление прекрасно,
наказание -- отвратительно, и только с помощью электрических стульев и
грустных тюремных камер удается нашим хозяевам -- государствам доказать
обратное. Преступление на кладбище еще более прекрасно, и свежее тело Риты,
пережившее всего шестнадцать весен, еще не успевшее устать и поблекнуть,
очевидно, было восхитительным, если этот примитивный мальчик Пол К. успел
что-либо по-настоящему почувствовать. И само насилие, ну признайся, признайся,
читатель... навязывание себя Рите в тот самый момент, когда рядом бродит ее
бой-френд, втискивание своего члена в Риту, чужую, не Полу принадлежавшую
Риту, очевидно, великолепно, ибо это одна из блистательных возможностей
почувствовать радость от того, что ты человек -- сильное отдельное животное,
так до конца и не одомашненное, не смирившееся с их скучными законами,
созданными для слабых.
Не этими мотивами, возможно, руководствовался Пол 21, но я уже анализирую
вышеизложенное преступление с точки зрения писателя Лимонова: существует



Назад